Анализ стихотворения А. С. Пушкина «К морю»
Первоначальный вариант стихотворения «К морю» был написан Пушкиным в южной ссылке, в Одессе. Возвратился к этому посланию поэт уже в «новой» ссылке - в Михайловском, в 1824 году. Это стихотворение завершало собой романтический период творчества Пушкина.
В этом произведении весьма ощутимы элегические мотивы. Причем, как отмечает В. А. Грехнев, в элегическом разочаровании у Пушкина соединяются три различные жизненные сферы - философская, историческая и конкретно-биографическая, и взаимопроникновение этих сфер сохраняется в каждой строчке стихотворения.
В начале стихотворения преобладает личностный, конкретно-биографический аспект. Элегический мотив грусти возникает у поэта при расставании с морем:
Прощай, свободная стихия!
В последний раз передо мной
Ты катишь волны голубые
Как друга ропот заунывный,
Как зов его в прощальный час,
Твой грустный шум, твой шум призывный
Услышал я в последний раз.
Море своенравно и прихотливо, как и человеческие порывы. Оно непредсказуемо, как и тайные душевные желания. Море может быть тихим, умиротворенным, но может быть и грозным, несущим гибель человеку:
Смиренный парус рыбарей,
Твоею прихотью хранимый,
Скользит отважно средь зыбей:
Но ты взыграл, неодолимый,
И стая тонет кораблей.
Точно так же гибнет человек, отдавшийся во власть стихии страстей, безумных желаний, импульсивных порывов. Однако образ моря символизирует здесь не только мир человеческой души, но и судьбу. Она так же своенравно играет людьми, неся и радость, и неожиданную гибель. С непредсказуемой морской стихией Пушкин сравнивает и любовь, страсть, сильное чувство, подчиняющее себе все устремления и поступки. Однако любовь нередко сковывает волю человека, становится своеобразным пленом души, вдохновенья:
Ты ждал, ты звал... я был окован;
Вотще рвалась душа моя:
Могучей страстью очарован,
У берегов остался я...
Здесь вновь преобладают авторские эмоции, а затем следует переход в исторический план. Романтический образ моря, вольной, свободной стихии рождает в сознании поэта воспоминания о герое с необыкновенной судьбой - Наполеоне, нашедшем свою смерть рядом с морем, на острове Святой Елены:
Один предмет в твоей пустыне
Мою бы душу поразил.
Одна скала, гробница славы...
Там погружались в хладный сон
Воспоминанья величавы:
Там угасал Наполеон.
Другой романтический герой в стихотворении - поэт Байрон. Наполеон и Байрон... Пушкин недаром связывает два этих образа воедино. Байрон много писал о Наполеоне, его очень интересовала личность полководца.
Таким образом, мотив грусти, возникающий в начале стихотворения, проходит через исторический экскурс, поэта: Пушкин вспоминает о гибели Наполеона, о смерти Байрона. Затем мотив этот через личностные переживания выходит на внесюжетный, внеличностный, философский план:
Мир опустел... Теперь куда же
Меня б ты вынес, океан?
Судьба людей повсюду та же:
Где благо, там уже на страже
Иль просвещенье, иль тиран.
Обращает на себя внимание, что поэт тиранию приравнивает к просвещенью. Однако здесь под «просвещеньем» подразумевается «культура», мир цивилизации, лишивший человека свободы и естественности душевных движений. В понимании поэта цивилизация является «тираном», насильственно вмешивающимся в свободное течение человеческой жизни. Противопоставление цивилизованного человека миру природы всегда было характерно для пушкинского творчества (Пленник и Черкешенка, Алеко и старый цыган, Онегин и Татьяна). В данном стихотворении мотив природы лишь угадывается: он выступает альтернативой «просвещенью» и тирании, той несбыточной мечтой, о которой поэт вопрошает океан.
Заканчивается стихотворение по-пушкински жизнеутверждающе. Прощаясь с морем, поэт обещает хранить образ свободной стихии в своей душе, соответствовать идеалу естественного, природного человека:
В леса, в пустыни молчаливы
Перенесу, тобою полн,
Твои скалы, твои заливы,
Композиция стихотворения подчинена основной идее, идее свободы. Первая часть - это описание моря. Здесь Пушкин использует выразительные эпитеты («волны голубые», «гордою красой»), сравнения и анафоры («Как друга ропот заунывный, Как зов его в прощальный час, Твой грустный шум, Твой шум призывный Услышал я в последний раз»), перифразы («Прощай, свободная стихия!», «Моей души предел желанный!»), метафоры («я был окован»), бессоюзие («Как я любил твои отзывы, глухие звуки, бездны глас»), инверсию («У берегов остался я...»). Здесь также используются и обращения («свободная стихия» «Моей души предел желанный»), благодаря которым создается впечатление «беседы с морем». Поэт использует и общеупотребительную лексику, и славянизмы («глас», «рыбарей», «брег», «вотще»).
Для начала первой части характерен несложный синтаксис - простые предложения, в составе которых есть сравнения, однородные члены, причастные обороты. В конце первой части уже есть сложные предложения, союзные сложносочиненные и бессоюзные. Усложнение синтаксиса здесь отражает углубление основной темы произведения.
Замечателен и фонетический строй стихотворения. Уже в первой части мы встречаем аллитерации (повтор автором согласных звуков) и ассонансы (повтор гласных):
Прощай, свободная стихия!
В последний раз передо мной
Ты катишь волны голубые
И блещешь гордою красой.
Во второй части стихотворения Пушкин развивает тему свободолюбивой личности, душа которой подобна морской стихии. Здесь возникают образы Наполеона и Байрона. Вторая часть начинается с риторических вопросов («О чем жалеть? Куда бы ныне Я путь беспечный устремил?»). Здесь также есть точные, выразительные эпитеты («путь беспечный», «торжественная краса»), анафоры («Как ты, могущ, глубок и мрачен, Как ты, ничем не укротим»), перифразы («гробница славы», «Он был, о море, твой певец»), обращение («о море»), сравнение («как бури шум»), инверсии («Он духом создан был твоим»). Кроме общеупотребительной лексики, поэт использует слова высокого стиля («почил», «властитель наших дум», «венец») и славянизмы («хладный», «могущ»).
Во второй части стихотворения также встречаются аллитерации и ассонансы: здесь часто повторяются шипящие «ш», «гц», «ч», протяжные гласные «у» и «о», звонкий «р». Как замечает Н. Л. Степанов, перекличка этих звуков напоминает однотонный, заунывный ропот моря.
Исследователи неоднократно отмечали нарушение грамматических норм в обращении поэта к морю. «Ты ждал, ты звал...» - Пушкин обращается «к морю», используя мужской род, хотя существительное «море» - среднего рода. Убедительное объяснение этому дает Е. Маймин. Исследователь замечает, что море ассоциируется в сознании поэта с другом «и ощущается как друг», поэтому «неправильное» словоупотребление внутренне оправданно.
В этом стихотворении мы можем выделить и третью часть. Поэт погружается в философские раздумья о человеческой судьбе, а затем вновь обращается к образу моря. И чувство безнадежности здесь уравновешивается этим обращением. В третьей части используются обращения («Теперь куда же Меня б ты вынес, океан?», «Прощай же, море!»), эпитеты («пустыни молчаливы», «торжественной красы»), многосоюзие («И блеск, и тень, и говор волн»), риторический вопрос («Теперь куда же Меня б ты вынес, океан?»). Пушкин использует высокую лексику («тиран», «благо»).
Кроме того, здесь также есть аллитерации и ассонансы:
В леса, в пустыни молчаливы
Перенесу, тобою полн,
Твои скалы, твои заливы,
И блеск, и тень, и говор волн.
Пушкинские стихотворения, в том числе «К морю», вызывали восхищение Белинского. Анализируя романтические «пьесы» поэта, критик писал: «Вглядитесь и вслушайтесь в этот стих, в этот оборот мысли, в эту игру чувства: во всем найдете чистую поэзию, безукоризненное искусство, полное художество, без малейшей примеси прозы, как старое крепкое вино, без малейшей примеси воды». Думается, оценка эта справедлива и по сей день.
Там же. С. 142.
Степанов Н. Л. Лирика Пушкина. Очерки и этюды. М., 1974. С. 279.
Степанов Н. Л. Указ. соч. С. 290.
Маймин Е. «К морю». Стихотворение Пушкина. - Литература в школе, 1974, 32. С. 28.
Грехнев В. А. Указ. соч. С. 143.
Белинский В. Г. Сочинения Александра Пушкина. М., 1985. С. 246.
Пушкинское «Море» литературоведы называют элегией. Стихотворение появилось в ноябре 1824 года. В нем Пушкин размышляет о свободе творческого духа, человеческой личности, сравнивая ее со свободной, всесильной морской стихией. Читать текст стиха Пушкина «К морю» можно на сайте.
Безвестный романтический герой, стоя на недвижном берегу, вслушивается в ропот морских волн, взирает на мощную, порывистую необузданную водную стихию. Море не подчиняется никаким законам, от прихоти его зависит судьба и стаи больших кораблей, и рыбацкого суденышка. Море зовет, покоряет, притягивает героя торжественной красотой, погружая в таинственную бездну необъяснимой свободы. Эта свобода дана свыше, она не скована ни властью, ни просвещеньем, ни тираном. Но подобно гордому романтическому герою Байрона, лирический пушкинский герой остается одиноким на пустынном берегу. Ему не разорвать оков человеческих жизненных законов. Однако никто не вправе лишить поэта высшего дара - погружаться в стихию чувств, сродни морской стихии и рождать удивительные по силе экспрессии лирические строки.
Стихотворение «К морю» Пушкина Александра Сергеевича явилось своеобразным итогом южного периода творчества поэта. Скачать произведение можно на сайте.
Прощай, свободная стихия!
В последний раз передо мной
Ты катишь волны голубые
И блещешь гордою красой.
Как друга ропот заунывный,
Как зов его в прощальный час,
Твой грустный шум, твой шум призывный
Услышал я в последний раз.
Моей души предел желанный!
Как часто по брегам твоим
Бродил я тихий и туманный,
Заветным умыслом томим!
Как я любил твои отзывы,
Глухие звуки, бездны глас,
И тишину в вечерний час,
И своенравные порывы!
Смиренный парус рыбарей,
Твоею прихотью хранимый,
Скользит отважно средь зыбей:
Но ты взыграл, неодолимый,-
И стая тонет кораблей.
Не удалось навек оставить
Мне скучный, неподвижный брег,
Тебя восторгами поздравить
И по хребтам твоим направить
Мой поэтической побег.
Ты ждал, ты звал… я был окован;
Вотще рвалась душа моя:
Могучей страстью очарован,
У берегов остался я.
О чем жалеть? Куда бы ныне
Я путь беспечный устремил?
Один предмет в твоей пустыне
Мою бы душу поразил.
Одна скала, гробница славы…
Там погружались в хладный сон
Воспоминанья величавы:
Там угасал Наполеон.
Там он почил среди мучений.
И вслед за ним, как бури шум,
Другой от нас умчался гений,
Другой властитель наших дум.
Исчез, оплаканный свободой,
Оставя миру свой венец.
Шуми, взволнуйся непогодой:
Он был, о море, твой певец.
Твой образ был на нем означен,
Он духом создан был твоим:
Как ты, могущ, глубок и мрачен,
Как ты, ничем неукротим.
Мир опустел… Теперь куда же
Меня б ты вынес, океан?
Судьба людей повсюду та же:
Где капля блага, там на страже
Уж просвещенье иль тиран.
Прощай же, море! Не забуду
Твоей торжественной красы
И долго, долго слышать буду
Твой гул в вечерние часы.
В леса, в пустыни молчаливы
Перенесу, тобою полн,
Твои скалы, твои заливы,
И блеск, и тень, и говор волн.
«К морю» Александр Пушкин
Прощай, свободная стихия!
В последний раз передо мной
Ты катишь волны голубые
И блещешь гордою красой.Как друга ропот заунывный,
Как зов его в прощальный час,
Твой грустный шум, твой шум призывный
Услышал я в последний раз.Моей души предел желанный!
Как часто по брегам твоим
Бродил я тихий и туманный,
Заветным умыслом томим!Как я любил твои отзывы,
Глухие звуки, бездны глас,
И тишину в вечерний час,
И своенравные порывы!Смиренный парус рыбарей,
Твоею прихотью хранимый,
Скользит отважно средь зыбей:
Но ты взыграл, неодолимый,-
И стая тонет кораблей.Не удалось навек оставить
Мне скучный, неподвижный брег,
Тебя восторгами поздравить
И по хребтам твоим направить
Мой поэтической побег.Ты ждал, ты звал… я был окован;
Вотще рвалась душа моя:
Могучей страстью очарован,
У берегов остался я.О чем жалеть? Куда бы ныне
Я путь беспечный устремил?
Один предмет в твоей пустыне
Мою бы душу поразил.Одна скала, гробница славы…
Там погружались в хладный сон
Воспоминанья величавы:
Там угасал Наполеон.Там он почил среди мучений.
И вслед за ним, как бури шум,
Другой от нас умчался гений,
Другой властитель наших дум.Исчез, оплаканный свободой,
Оставя миру свой венец.
Шуми, взволнуйся непогодой:
Он был, о море, твой певец.Твой образ был на нем означен,
Он духом создан был твоим:
Как ты, могущ, глубок и мрачен,
Как ты, ничем неукротим.Мир опустел… Теперь куда же
Меня б ты вынес, океан?
Судьба людей повсюду та же:
Где капля блага, там на страже
Уж просвещенье иль тиран.Прощай же, море! Не забуду
Твоей торжественной красы
И долго, долго слышать буду
Твой гул в вечерние часы.В леса, в пустыни молчаливы
Перенесу, тобою полн,
Твои скалы, твои заливы,
И блеск, и тень, и говор волн.
Анализ стихотворения Пушкина «К морю»
В 1820 году Александр Пушкин из-за вольнодумства и открытого призыва к свержению самодержавия был отправлен в южную ссылку. Поэту предписывалось поступить в распоряжение председателя попечительного Комитета об иностранных колонистах Южной России генерала Ивана Инзова, ставка которого располагалась в Кишиневе. Пыльная и провинциальная столица Бессарабии произвела на Пушкина настолько удручающее впечатление, что через два года, вопреки желанию генерал-губернатора Санкт-Петербурга, поэт добился перевода по службе в солнечную Одессу. Там Пушкин впервые увидел море и был поражен его мощью, красотой и великолепием.
В 1824 году поэту было разрешено вернуться в Москву, однако накануне отъезда он набросал черновик стихотворения «К морю», работа над которым была завершена спустя несколько месяцев в Михайловском. Это произведение стало последним в цикле романтических стихов поэта, удивительно образных, волнующих и наполненных особым очарованием.
Стихотворение «К морю» по своей форме напоминает элегию, однако содержание произведение носит личностно-философский характер . В первых его строчках автор прощается с морем, выражая восхищение «свободной стихией» и «гордыми волнами». Именно этих качестве так недоставало во время южной ссылки самому Пушкину, который вынужден был выполнять рутинную работу в канцелярии, находясь под постоянным контролем вышестоящих чиновников. При этом поэт понимал, что высказывать свои прогрессивные взгляды в провинциальном обществе не только бессмысленно, но и достаточно опасно – граф Воронцов, невзлюбивший поэта, периодически отправлял в Санкт-Петербург депеши с доносами на вольнодумца, в которых характеризовал Пушкина как весьма посредственного специалиста, который то и дело пренебрегает своими служебными обязанностями.
Прощаясь с морем, поэт подчеркивает, что на протяжении многих месяцев в этом чужом и враждебном мире оно оставалось для него единственным другом. Автор восхищается морской стихией, которая никому неподвластна . И именно это вызывает у поэта чувство духовного родства с морскими просторами. В шуме волн Александр Пушкин слышит призыв к побегу с чужбины, однако признается, что пойти на такой шаг ему было не под силу. «Ты ждал, ты звал … я был окован», — пишет поэт, намекая на то, что попытка вернуться в Москву или же Санкт-Петербург без соответствующего разрешения властей окончилась бы для него уже не южной, а сибирской ссылкой. Тем не менее, такой вариант Пушкин все же рассматривает. Однако, задумываясь о побеге, считает, что гораздо проще было бы покинуть Россию морским путем.
Почему поэт не отважился на такой поступок? Ответ можно найти в стихотворении «К морю», где автор признается в безграничной любви к своей родине. Даже волнующие мысли о свободе не могут заставить его навсегда покинуть Россию. К тому же, Пушкин отдает себе отчет, что на чужбине его ждет незавидная участь, намекая на то, что, вероятнее всего, разделит судьбу Наполеона, закончив свою жизнь не в цивилизованной Европе, откуда он может быть выслан по первому же требованию русских властей, а на отдаленном острове, среди моря и скал. Обращаясь к истории, Пушкин отмечает, что французский император также был свободолюбив и призывает море воздать ему посмертные почести — «шуми, взволнуйся непогодой: он был, о море, твой певец». После его смерти поэт понимает, что побег теряет всякий смысл. Поэтому автору лишь остается смириться с собственной участью и дождаться того момента, когда он сможет вернуться домой, сохранив в воспоминаниях красоту морской стихии – «твои скалы, твои заливы, и блеск, и тень, и говор волн».
Первоначальный вариант стихотворения «К морю» был написан Пушкиным в южной ссылке, в Одессе. Возвратился к этому посланию поэт уже в «новой» ссылке - в Михайловском, в 1824 году. Это стихотворение завершало собой романтический период творчества Пушкина.
В этом произведении весьма ощутимы элегические мотивы. Причем, как отмечает В. А. Грехнев, в элегическом разочаровании у Пушкина соединяются три различные жизненные сферы - философская, историческая и конкретно-биографическая, и взаимопроникновение этих сфер сохраняется и каждой строчке стихотворения.
В начале стихотворения преобладает личностный, конкретно-биографический аспект. Элегический мотив грусти возникает у поэта при расставании с морем:
Прощай, свободная стихия!
В последний раз передо мной
Ты катишь волны голубые
И блещешь гордою красой.
Как друга ропот заунывный,
Как зов его в прощальный час,
Твой грустный шум, твой шум призывный
Услышал я в последний раз.
Море своенравно и прихотливо, как и человеческие порывы. Оно непредсказуемо, как и тайные душевные желания. Море может быть тихим, умиротворенным, но может быть и грозным, несущим гибель человеку:
Смиренный парус рыбарей,
Твоею прихотью хранимый,
Скользит отважно средь зыбей:
Но ты взыграл, неодолимый,
И стая тонет кораблей.
Точно так же гибнет человек, отдавшийся во власть стихии страстей, безумных желаний, импульсивных порывов. Однако образ моря символизирует здесь не только мир человеческой души, но и судьбу. Она так же своенравно играет людьми, неся и радость, и неожиданную гибель. С непредсказуемой морской стихией Пушкин сравнивает и любовь, страсть, сильное чувство, подчиняющее себе все устремления и поступки. Однако любовь нередко сковывает волю человека, становится своеобразным пленом души, вдохновенья:
Ты ждал, ты звал... я был окован;
Вотще рвалась душа моя:
Могучей страстью очарован,
У берегов остался я...
Здесь вновь преобладают авторские эмоции, а затем следует переход в исторический план. Романтический образ моря, вольной, свободной стихии рождает в сознании поэта воспоминания о герое с необыкновенной судьбой - Наполеоне, нашедшем свою смерть рядом с морем, на острове Святой Елены:
Один предмет в твоей пустыне
Мою бы душу поразил.
Одна скала, гробница славы...
Там погружались в хладный сон
Воспоминанья величавы:
Там угасал Наполеон.
Другой романтический герой в стихотворении - поэт Байрон. Наполеон и Байрон... Пушкин недаром связывает два этих образа воедино. Байрон много писал о Наполеоне, его очень интересовала личность полководца.
Таким образом, мотив грусти, возникающий в начале стихотворения, проходит через исторический экскурс поэта: Пушкин вспоминает о гибели Наполеона, о смерти Байрона. Затем мотив этот через личностные переживания выходит на внесюжетный, внеличностный, философский план:
Мир опустел... Теперь куда же
Меня б ты вынес, океан?
Судьба людей повсюду та же:
Где благо, там уже на страже
Иль просвещенье, иль тиран.
Обращает на себя внимание, что поэт тиранию приравнивает к просвещенью. Однако здесь под «просвещеньем» подразумевается «культура», мир цивилизации, лишивший человека свободы и естественности душевных движений. В понимании поэта цивилизация является «тираном», насильственно вмешивающимся в свободное течение человеческой жизни. Противопоставление цивилизованного человека миру природы всегда было характерно для пушкинского творчества (Пленник и Черкешенка, Алеко и старый цыган, Онегин и Татьяна). В данном стихотворении мотив природы лишь угадывается: он выступает альтернативой «просвещенью» и тирании, той несбыточной мечтой, о которой поэт вопрошает океан.
Заканчивается стихотворение по-пушкински жизнеутверждающе. Прощаясь с морем, поэт обещает хранить образ свободной стихии в своей душе, соответствовать идеалу естественного, природного человека:
В леса, в пустыни молчаливы
Перенесу, тобою полн,
Твои скалы, твои заливы,
Композиция стихотворения подчинена основной идее, идее свободы. Первая часть - это описание моря. Здесь Пушкин использует выразительные эпитеты («волны голубые», «гордою красой»), сравнения и анафоры («Как друга ропот заунывный, Как зов его в прощальный час, Твой грустный шум, Твой шум призывный Услышал я в последний раз»), перифразы («Прощай, свободная стихия!», «Моей души предел желанный!»), метафоры («я был окован»), бессоюзие («Как я любил твои отзывы, глухие звуки, бездны глас»), инверсию («У берегов остался я...»). Здесь также используются и обращения («свободная стихия» «Моей души предел желанный»), благодаря которым создается впечатление «беседы с морем». Поэт использует и общеупотребительную лексику, и славянизмы («глас», «рыбарей», «брег», «вотще»).
Для начала первой части характерен несложный синтаксис - простые предложения, в составе которых есть сравнения, однородные члены, причастные обороты. В конце первой части уже есть сложные предложения, союзные сложносочиненные и бессоюзные. Усложнение синтаксиса здесь отражает углубление основной темы произведения.
Замечателен и фонетический строи стихотворения. Уже в первой части мы встречаем аллитерации (повтор автором согласных звуков) и ассонансы (повтор гласных):
Прощай, свободная стихия!
В последний раз передо мной
Ты катишь волны голубые
И блещешь гордою красой.
Во второй части стихотворения Пушкин развивает тему свободолюбивой личности, душа которой подобна морской стихии. Здесь возникают образы Наполеона и Байрона. Вторая часть начинается с риторических вопросов («О чем жалеть? Куда бы ныне Я путь беспечный устремил?»). Здесь также есть точные, выразительные эпитеты («путь беспечный», «торжественная краса»), анафоры («Как ты, могущ, глубок и мрачен, Как ты, ничем не укротим»), перифразы («гробница славы», «Он был, о море, твой певец»), обращение («о море»), сравнение («как бури шум»), инверсии («Он духом создан был твоим»). Кроме общеупотребительной лексики, поэт использует слова высокого стиля («почил», «властитель наших дум», «венец») и славянизмы («хладный», «могущ»).
Во второй части стихотворения также встречаются аллитерации и ассонансы: здесь часто повторяются шипящие «ш», «щ>>, «ч», протяжные гласные «у» и «о», звонкий «р». Как замечает Н. Л. Степанов, перекличка этих звуков напоминает однотонный, заунывный ропот моря.
Исследователи неоднократно отмечали нарушение грамматических норм в обращении поэта к морю. «Ты ждал, ты звал...» - Пушкин обращается «к морю», используя мужской род, хотя существительное «море» - среднего рода. Убедительное объяснение этому дает Е. Маймин. Исследователь замечает, что море ассоциируется в сознании поэта с другом «и ощущается как друг», поэтому «неправильное» словоупотребление внутренне оправданно.
В этом стихотворении мы можем выделить и третью часть. Поэт погружается в философские раздумья о человеческой судьбе, а затем вновь обращается к образу моря. И чувство безнадежности здесь уравновешивается этим обращением. В третьей части используются обращения («Теперь куда же Меня б ты вынес, океан?», «Прощай же, море!»), эпитеты («пустыни молчаливы», «торжественной красы»), многосоюзие («И блеск, и тень, и говор волн»), риторический вопрос («Теперь куда же Меня б ты вынес, океан?»). Пушкин использует высокую лексику («тиран», «благо»).
Кроме того, здесь также есть аллитерации и ассонансы:
В леса, в пустыни молчаливы
Перенесу, тобою полн,
Твои скалы, твои заливы,
И блеск, и тень, и говор волн.
Пушкинские стихотворения, в том числе «К морю», вызывали восхищение Белинского. Анализируя романтические «пьесы» поэта, критик писал: «Вглядитесь и вслушайтесь в этот стих, в этот оборот мысли, в эту игру чувства: во всем найдете чистую поэзию, безукоризненное искусство, полное художество, без малейшей примеси прозы, как старое крепкое вино, без малейшей примеси воды». Думается, оценка эта справедлива и по сей день.
Стихотворение «К морю» было написано Пушкиным осенью в 1824 году, когда он был уже в . Это стихотворение было своеобразными прощанием с югом, приключениями, им пережитыми, и с Байроном, властителем дум, который умер 19 апреля 1924 года. Это было прощание с целым периодом в жизни поэта, богатым переживаниями, событиями, общением и с интересными, духовно богатыми людьми
Надо заметить, что Байрон наложил свой отпечаток на раннее творчество поэта, но, вернувшись в Михайловское, Пушкин испытывал потребность в другом творчестве. Еще на юге он начал работать над «Евгением Онегиным», а в уме уже зарождались новые планы.
Стихотворение увидело свет в 1925 году в журнале «Мнемозина». В 13-й строфе после слов «Мир опустел…» Пушкин поставил 3 ряда точек. По этому поводу издатели журнала сделали примечание:
«Издателям сие стихотворение доставлено князем П. А. Вяземским в подлиннике и здесь напечатано точно в том виде, в каком оно вышло из-под пера самого Пушкина. Некоторые списки оного, ходящие по городу, искажены нелепыми прибавлениями».
Стихотворение было написано в холодном Михайловском, а когда читаешь его, воображение рисует поэта стоящего на высоком берегу, а внизу море играет волнами и бьется о скалы. Возможно, замысел стихотворения родился, когда порэт был еще в Одессе, возможно, там же были сделаны первые наброски чудесного по выразительности, произведения.
Элегия написана четырёх- и пятистопным ямбом, с перекрестной рифмовкой в строфах, где чередуются мужские и женские рифмы.
Прощай, свободная стихия!
В последний раз передо мной
Ты катишь волны голубые
И блещешь гордою красой.Как друга ропот заунывный,
Как зов его в прощальный час,
Твой грустный шум, твой шум призывный
Услышал я в последний раз.Моей души предел желанный!
Как часто по брегам твоим
Бродил я тихий и туманный,
Заветным умыслом томим!Как я любил твои отзывы,
Глухие звуки, бездны глас,
И тишину в вечерний час,
И своенравные порывы!Смиренный парус рыбарей,
Твоею прихотью хранимый,
Скользит отважно средь зыбей:
Но ты взыграл, неодолимый,-
И стая тонет кораблей.Не удалось навек оставить
Мне скучный, неподвижный брег,
Тебя восторгами поздравить
И по хребтам твоим направить
Мой поэтической побег.Ты ждал, ты звал… я был окован;
Вотще рвалась душа моя:
Могучей страстью очарован,
У берегов остался я.О чем жалеть? Куда бы ныне
Я путь беспечный устремил?
Один предмет в твоей пустыне
Мою бы душу поразил.Одна скала, гробница славы…
Там погружались в хладный сон
Воспоминанья величавы:
Там угасал Наполеон.Там он почил среди мучений.
И вслед за ним, как бури шум,
Другой от нас умчался гений,
Другой властитель наших дум.Исчез, оплаканный свободой,
Оставя миру свой венец.
Шуми, взволнуйся непогодой:
Он был, о море, твой певец.Твой образ был на нем означен,
Он духом создан был твоим:
Как ты, могущ, глубок и мрачен,
Как ты, ничем неукротим.>Мир опустел… Теперь куда же
Меня б ты вынес, океан?
Судьба людей повсюду та же:
Где капля блага, там на страже
Уж просвещенье иль тиран.Прощай же, море! Не забуду
Твоей торжественной красы
И долго, долго слышать буду
Твой гул в вечерние часы.В леса, в пустыни молчаливы
Перенесу, тобою полн,
Твои скалы, твои заливы,
И блеск, и тень, и говор волн.